“Если кораблей не будет, заводу, мягко говоря, труба”

В день, когда Финляндия закрыла границы для российских туристов, о подобной возможности заявили и норвежские власти. Пока — по крайней мере, в финском кейсе — речь идет исключительно о туристических поездках, а для владельцев рабочих виз сделано исключение.

Однако в 2022 году, как сейчас грустно шутят в России, горизонт планирования сузился до 10 минут. На фоне оккупации Россией украинских территорий можно ждать очередных экономических санкций со стороны Европы. И есть опасение, что в санкционном списке окажется судоходство. Норвежские политики уже призывали закрыть порты для российских рыбаков; возможно, на фоне новых ограничений к этой идее вернутся. 

— Мы не особо опасаемся каких-то изменений. Во время коронавируса границу уже закрывали для туристов, но не для экипажей судов, — говорит моряк с траулера “Корунд”. Как и почти все суда, пришвартованные в Киркенесе, этот приписан к Мурманску. — Мы всегда сюда заходили, нас все тут знают, мы всех знаем.

По словам мужчины, за новостями политики он следит “не особо”. Возможных ограничений моряк не боится:

— Треска в Баренцевом регионе — это общее достояние России и Норвегии, они, я думаю, будут развивать и поддерживать сотрудничество. Это российское и норвежское, больше ничье фактически. У нас взаимовыгодное сотрудничество. Не думаю, будто что-то кардинально изменится, даже в этой ситуации.

— Рыба-то общая! — соглашается с коллегой моряк Михаил, работающий на корабле “Владимир Загоскин” (он сейчас стоит на ремонте). — Введут запреты, пострадают все. Запреты ничего хорошего никому не принесли. С другой стороны, инфраструктура в том же Мурманске растет. Там была нехватка морозильных мощностей, сейчас стала увеличиваться.

Моряк с “Арктура”, с которым удалось поговорить на причале в Киркенесе, вовсе заявил, что Норвегия ему “не нравится”. При этом именно в Киркенесе расположена база одной из рыбопромышленных компаний, которая хранит здесь ловушки, получает техническое обеспечение.

— Хорошо, если мы не будем зависеть от них. Я так настраиваюсь, что мы лучше будем заходить домой, — сказал электромеханик, представившийся Романом.

Тем не менее наш собеседник вынужден был признать, что здесь, в Норвегии, обслуживание судов и легче, и комфортнее.

— Можно не растамаживать пароходы, а это очень большие пошлины; нет проблем с властями — проверки проходят очень быстро. А в России постоянно “черная” таможня, штрафы, придирки, не дают амнистий на пароходы, купленные за границей. Сейчас, возможно, дадут; а не дадут — какая разница, все равно будем домой ходить. Нет, я норвежцев уважаю, конечно, но я лучше в своей стране буду базироваться, туда платить деньги, покупать топливо и так далее, — говорит российский моряк.

По его словам, от предполагаемого запрета будет хуже самой же Норвегии.

— Если мы уйдем, Kimek крякнет (разорится — прим. ред.). Здесь очень много наших судов, у них не будет столько норвежских судов. Можно будет заколачивать завод деревянными досками.

Такие же мысли о судьбе  предприятия высказал работник Kimek Валерий. Он подтвердил, что львиную долю их клиентов составляют именно россияне, и если поток судов из России прекратится, верфь окажется невостребованной.

— Новости тревожные, я бы даже сказал пугающие, — говорит сотрудник верфи. — Пугает нестабильность в мире, напряженность политической обстановки. Ни у какого  нормального человека отношение к войне не может быть одобрительным. Что касается нашего завода, у норвежцев такого количества судов здесь, на севере, нет. Есть маленькие пароходы — буксиры, спасатели… Но это три, четыре парохода в год. А русские идут десятками. Нас руководство держит в курсе, уверяет, что без работы мы не останемся. Говорят, что правительство дало какие-то гарантии по загрузке завода, пусть и не на сто процентов. В конце концов, у нас док, который требует капитального ремонта, времени это займет много. И работа на заводе найдется, но, разумеется, это навсегда. И если российские пароходы перестанут заходить, заводу, мягко выражаясь, труба.

Моряк с пришвартованного в Киркенесе краболова “Зенит” сообщил, что перебазироваться в Россию, действительно, лучше, но в норвежских портах условия лучше. Кроме того, на фоне санкций усложнились поставки запчастей и комплектующих — он импортные. Проблему вроде решили, но как именно, моряк не знает; можно предположить, что владельцы судна прибегли к так называемому “параллельному импорту”.

— Честно говоря, каждый месяц все меняется. Сами видите. Все переживают, — говорит матрос о ситуации в целом. И добавляет: — Там (в Украине — прим. ред.) ребята все наши. А мир на это смотрит… Кусок отхапала Россия небольшой; конечно, им завидно.